В четырёх стенах
Nelja seina vahel
Muusika autor Modest Mussorgski
Sõnade autor Arseni Goleništšev-Kutuzov
Tõlge Mare Tetsov
Tervikteosest
Без солнца
Комнатка тесная, тихая, милая,
Тень непроглядная, тень безответная,
Дума глубокая, песня унылая,
В бьющемся сердце надежда заветная;
Быстрый полёт за мгновеньем мгновения,
Взор неподвижный на счастье далёкое;
Много сомнения, много терпения...
Вот она, ночь моя -- ночь одинокая! |
Väike toakene, vaikne ja armas;
vari nii pime ja vaikiv;
mõte on sügav, laul kurblik;
tukslevas südames salalootus.
Kiiresti lendab hetk hetke järel,
liikumatu pilt õnnel, mis kaugel.
Palju on kõhklusi, palju on kannatust,
selline ongi ta, mu üksildane öö. |
|
Меня ты в толпе не узнала
Ei tundnud sa mind rahvasummas ära
Muusika autor Modest Mussorgski
Sõnade autor Arseni Goleništšev-Kutuzov
Tõlge Mare Tetsov
Tervikteosest
Без солнца
Меня ты в толпе не узнала,
Твой взгляд не сказал ничего.
Но чудно и страшно мне стало,
Когда уловил я его.
То было одно лишь мгновенье,
Но, верь мне, я в нём перенёс
Всей прошлой любви наслажденье
Всю горечь забвенья и слёз! |
Ei tundnud sa mind rahvasummas ära,
su pilk ei öelnud midagi.
Kuid tekkis tunne kummaline ja hirm,
kui tabasin su pilgu:
see kestis vaid viivu,
kuid usun, et tajusin selles
kogu möödunud armastuse hurma,
pisarate ja unustuse kibedust. |
|
Окончен праздный, шумный день
Lõppes kärarikas jõudepäev
Muusika autor Modest Mussorgski
Sõnade autor Arseni Goleništšev-Kutuzov
Tõlge Mare Tetsov
Tervikteosest
Без солнца
Окончен праздный, шумный день;
Людская жизнь, умолкнув, дремлет.
Все тихо. Майской ночи тень
Столицу спящую объемлет.
Но сон от глаз моих бежит,
И при лучах иной денницы
Воображение вертит
Годов утраченных страницы.
Как будто вновь, вдыхая яд
Весенних, страстных сновиденний,
В душе я воскрешаю ряд
Надежд, порывов, заблуждений...
Увы, то призраки одни!
Мне скучно с мертвой их толпою,
И шум их старой болтовни
Уже не властен надо мною.
Лишь тень одна из всех теней
Явилась мне, дыша любовью,
И, верный друг минувших дней,
Склонилась тихо к изголовью.
И смело отдал ей одной
Всю душу я в слезе безмолвной,
Никем незримой, счастья полной...
В слезе, давно хранимой мной! |
Lõppes lärarikas, tühi päev;
linnaelu vaibus, tukub.
Kõikjal on vaikne. Maikuu vari
laskus magavale pealinnale.
Uni pageb mu laugudelt
ning kujutolus lehitseb
koidutähe kiirtes
kaotsiläinud aastate lehekülgi.
Tundub, nagu hingaks ma uuesti sisse
kevadiste kirglike unenägude mürki,
elustan hinges
lootusi, tunge, eksimusi.
Kuid paraku on need ainult viirastused.
Mul on igav selle surnud rahvahulga seas
ja nende lärmakas iganenud vadin
ei valitse enam mu meeli.
Ainult üksainuke vari
ilmus teiste seast mu ette ja kiirgas armastust.
See möödunud päevade ustav sõber
kummardus vaikselt mu peatsisse.
Talle ainsale andsin
kogu oma hinge koos vaikse,
nähtamatu pisaraga, mis tulvil õnne,
pisaraga, mis hoitud selleks puhuks. |
|
Скучай
Igavle
Muusika autor Modest Mussorgski
Sõnade autor Arseni Goleništšev-Kutuzov
Tõlge Mare Tetsov
Tervikteosest
Без солнца
Скучай. Ты создана для скуки.
Без жгучих чувств отрады нет,
Как нет возврата без разлуки,
Как без боренья нет побед.
Скучай. Скучай, словам любви внимая
В тиши сердечной пустоты,
Приветом лживым отвечая
На правду девственной мечты.
Скучай, с рожденья до могилы
Заране путь начертан твой,
По капле ты истратишь силы,
Потом умрёшь - и Бог с тобой,
И Бог с тобой! |
Igavle. Sa selleks loodud.
Põletavate tunneteta pole rõõmu,
nagu pole tagasitulekut lahkuminekuta
ja võite võitluseta.
Igavle, võttes kuulda armusõnu
südametühjuse vaikuses,
valeliku tervitusega vastates
neitsiliku unustuse tõele.
Igavle. Sünnist hauani
on su teekond ette määratud:
tilkhaaval kulutad jõu
ning jumal on sinuga,
jumal sinuga! |
|
Элегия
Eleegia
Muusika autor Modest Mussorgski
Sõnade autor Arseni Goleništšev-Kutuzov
Tõlge Mare Tetsov
Tervikteosest
Без солнца
В тумане дремлет ночь. Безмолвная звезда
Сквозь дымку облаков мерцает одиноко.
Звенят бубенцами уныло и далеко
Коней пасущихся стада.
Как ночи облака, изменчивые думы
Несутся надо мной, тревожны и угрюмы;
В них отблески надежд, когда-то дорогих,
Давно потерянных, давно уж не живых.
В них сожаления... и слёзы.
Несутся думы те без цели и конца,
То, превратясь в черты любимого лица,
Зовут, рождая вновь в душе былые грёзы:
То, слившись в черный мрак, полны немой угрозы
Грядущего борьбой пугают робкий ум,
И слышится вдали. Нестройной жизни шум,
Толпы бездушной смех, вражды коварный ропот,
Житейской мелочи назаглушимый шопот,
Унылый смерти звон!...
Предвестница звезда, как будто полная стыда,
Скрывает светлый лик в тумане безотрадном,
Как будущность моя, немом и непроглядном. |
Öö tukub udus. Üksildaselt vilgub
vaikiv täht läbi pilvevine.
Rohumaal olevad hobusekarjad
kõlistavad kaugel nukralt kuljuseid.
Mu muutlikud mõtted, ärevad ja sünged,
kihutavad mu kohal kui öised pilved.
Neis on lootuste sähvatusi, mida kunagi kalliks pidasin,
kuid mis ammu kaotsi läinud ja elutud,
ka kahtlusi ja pisaraid.
Mõtted tormavad sihitult ja lõputult,
võtavad kord armsa pale ilme
ja kutsuvad, sünnitades hinges taas minevikuunistusi.
Siis jälle sulanduvad mustaks ängiks, mis täis tumma ähvardust
ja hirmutavad pelglikku mõistust võitlusega, mis ootab ees.
Ning kaugelt kostab korrapäratu elu sumin,
südametu rahvakarja naer, salakavala vaenu nurin,
elu tühipoole ülekostev sosin
ja nukra surma kõla!
Ettekuulutaja-täht justkui pakitseks häbist
ja varjab oma helget palet rõõmutus udus,
mis on kui minu tulevik: tumm ja läbipaistmatu. |
|
Над рекой
Jõel
Muusika autor Modest Mussorgski
Sõnade autor Arseni Goleništšev-Kutuzov
Tõlge Mare Tetsov
Tervikteosest
Без солнца
Месяц задумчивый, звёзды далёкие
С синего неба водами любуются.
Молча смотрю я на воды глубокие:
Тайны волшебные сердцем в них чуются.
Плешут, таятся, ласкательно нежные;
Много в их ропоте силы чарующей:
Слышатся думы и страсти безбрежные.
Голос неведомый, душу волнующий,
Нежит, пугает, наводит сомнение.
Слушать велит-ли он? с места-б не сдвинулся;
Гонит-ли прочь? -- Убежал-бы в смятении.
В глубь-ли зовёт? -- Без оглядки-б я кинулся! ... |
Mõtlik kuu ja kauged tähed
sinitaevast imetlevad vetevooge.
Vaatan vaikselt sügavusse,
süda tunneb vete põues nõiduslikke saladusi.
Laksuvad, varjubad, hellad ja õrnad.
Nende mühas on palju lummavat jõudu,
mõtteid ja piirituid kirgi...
See tundmatu hääl, mis teeb ärevaks hinge,
mis hellitab, hirmutab, tekitab kõhklusi.
Kui käsiks ta kuulata - tarduksin paigale,
kui ajaks ära, siis pageksin hämmigus,
kui kutsuks sügavikku - tormaksin tagasi vaatamata! |
|
|